Главная > Выпуск № 20 > Сравним... Статья первая

  Людмила Грузберг
 
 
Сравним…
 
Статья первая
 
Сегодня Энциклопедический словарик предоставляет свои страницы сравнительным конструкциям, или – как их обычно называют – сравнениям.
 
В свое время А.А.Потебня, рассматривавший сравнение как одну из важнейших мыслительных операций, подчеркивал, что без него (сравнения) невозможны ни анализ, ни синтез, как невозможно и формирование понятий и суждений1. Все познается в сравнении…
 
Мыслительная операция сравнения (сравнивания) и составляет основу языковых / речевых сравнений. СравнениЕ и сравнениЯ являются предметом многих наук и научных дисциплин: философии, логики, психологии, лингвокультурологии, психолингвистики, когнитивной лингвистики, фразеологии, синтаксиса и др. Неудивительно, что литература по сравнениям неохватна…
 
Тем не менее, как мы считаем, есть такие пласты в массиве сравнительных конструкций и такие аспекты в их изучении, которые актуальны и сегодня.
Сравнения признаются ценным материалом для обсуждения проблем национально-культурной специфики общения2, взаимодействия языка, мышления и действительности, специфики так называемых языковых картин мира, образного осмысления действительности, индивидуально-авторской манеры писателя – и т.д.
 
 
Приступая к работе, результаты которой будут изложены в статье первой (данной) и статье второй (в следующем выпуске «Филолога»), мы ставили перед собой две основные задачи:
1) Проследить, какие реалии и фрагменты действительности привлекаются носителями языка в качестве эталонов сравнения.
2) Сопоставить материалы работ разных лет с целью выявления различий в подборе эталонов, если эти различия будут обнаружены.
 
В 1995 году выпускницей Пермского государственного университета (теперь ПГНИУ) Ириной Брагиной была выполнена дипломная работа «Сравнения, которые мы подбираем» (научный руководитель работы – Л.А.Грузберг). Работа строилась на материале эксперимента.
 
Для настоящей статьи мы сочли достаточно репрезентативными результаты опроса 30 (тогдашних) информантов, выполнявших следующее задание:
 
Закончите двумя-тремя возможными способами сравнения
Высокий, как…
Голодный, как …
Добрый, как …
Жестокий, как …
Злой, как …
Ласковый, как …
Любопытный, как …
Смелый, как …
Толстый, как …
Умный, как …
 
Заметим, что в сравнительной конструкции вычленяются следующие компоненты: объект сравнения, основание сравнения, показатель сравнения и эталон сравнения. В сравнительном обороте Капитан, обветренный, как скалы наличествуют все четыре компонента, однако в реальной речи объект или основание сравнения нередко опускаются: голодный, как волк; спит, как сурок; нож как бритва; Оля как тростиночка и т.п.
 
Как видим, информантам не предлагался никакой конкретный объект сравнения. Им предлагалось лишь основание сравнения, и они подбирали реалии, которые, по их мнению, наилучшим образом воплощают данное качество / свойство, то есть являются своего рода «эталонами» доброты, ума, высоты и т.д.
 
В дипломном сочинении обработка данных осуществлялась последовательно по каждому основанию. Так, по основанию высокий (как) было отмечено следующее (цитируем по дипломной работе): «Наши информанты соотносят признак высоты с 37-ю реалиями. Самыми высокочастотными оказались жираф(-а) (18), столб (16) и башня (14). С большим отрывом от них следуют дерево (6) и гора (5). Затем идут сосна (4), дуб, небоскреб, шкаф (по 3), Альпы, слон, стена, шифоньер, школа, я (по 2) и Аня, береза, великан, вершины, вышка, доллар, дом, дядя, елка, жердь, Кинг-Конг, кипарис, манекенщица, микроб, небеса, секвойя, скала, страус, стропила, телебашня, тополь, труба (по 1).
 
Как показал эксперимент, с признаком «высота» прежде всего соотносятся деревья, затем разного рода постройки и сооружения, единичны случаи упоминания людей и животных (кроме жирафа). Своеобразные приметы времени – это доллар, Кинг-Конг и манекенщица. Высокий, как жираф и высокий, как столб – своего рода клише, продиктованные, скорее, языком, а не окружающей действительностью» (с. 19–20).
 
Среди эталонов к основанию голодный (как) самыми высокочастотными оказались (как и следовало ожидать) волк (47 употреблений) и собака (16).
Оригинальны, хотя и вполне «логичны», крокодил, людоед, свинья, скелеты. Теле- и в частности мультфильмами навеяны динозавр, сто индейцев и, возможно, обезьяна. Эталоны Россия и пленник – трагические приметы времени (напоминаем: материал собирался в 90-е годы).
 
В материалах по основаниям добрый (как) и ласковый (как) оказалось несколько общих эталонов, поэтому мы сочли целесообразным рассматривать соответствующие сравнения не изолированно, а параллельно. Оказалось, что высокочастотные сравнения с названными основаниями совпадают. К основанию добрый эталон мама (мать) назван 27 раз, к основанию ласковый – 22, а эталон бабушка упомянут 10 и 8 раз соответственно. Но наиболее ласковыми существами, в представлении наших информантов, являются кошки и котята: киска, кот, котенок, кошечка, кошка упомянуты среди эталонов к ласковый 35 (!) раз. (Среди эталонов к основанию добрый кошка, кот, котенок названы 11 раз). Общими для обоих названных оснований являются также эталоны дети (дитё, ребенок), папа (папочка), собака (пес) и человек.
 
Среди эталонов к рассматриваемым основаниям оказались и неодушевленные существительные. Для добрый это день, земля, книга, море; для ласковыйветерок, вода, ночь, пёрышко, солнышко (солнце).
Нам кажется, некоторые из этих эталонов не могут быть использованы в обычной разговорной речи. Если добрый, как книга, или ласковый, как перышко, солнышко (может быть, и ветерок) не будут казаться странными в естественной речи, то ласковый, как вода, например, способно вызвать недоумение, а добрый, как день, вообще невозможно вне какой-либо «чрезвычайной» коммуникативной ситуации. Однако появление этих слов в составе эталонов объяснимо: день обусловлено тем, что живет в устойчивом и часто звучащем выражении «Добрый день!», в постоянном соседстве с добрый, а вода – в художественных текстах – нередко «ласкает разгоряченное тело» или «ласково журчит» и т.п.
 
Наше внимание обратило на себя еще одно обстоятельство: среди эталонов к основанию ласковый встретилось достаточно много слов с уменьшительно-ласкательными суффиксами (ветерок, киска, кошечка, лисичка, мышка, папочка, перышко, солнышко, хомячок). К основанию добрый подобных слов не приведено ни одного. Есть над чем подумать…
 
Списки эталонов к основаниям жестокий и злой приводим полностью:
 
Жестокий (как)
Акула (1), Антон (1), Баба-Яга (1), Бармалей (1), ведьма (1), война (1), волк (1), враг (1), все (1), гестапо (1), Гитлер (1), деньги (1), дождь (1), дурак (1), дьяволица (1), женщины (2), зверь (3), зима (1), змея (2), индеец (1), камни (1), кикимора (1), когти (1), козел (1), колдунья (1), лев (1), люди (1), маньяк (1), мачеха (1), медсестра (1), милиционер (1), мужчины (1), налог (1), палач (1), погода (1), садист (1) , свекровь (1), смерть (2), собака (1), сосед (1), Сталин (1), судьба (1), судья (1), танки (1), тигр (3), толпа (1), тюремщик (1), убийца (1), удар (1), ужасы (1), фашисты (4), холод (1), царь (1), человек (1), черт (4), чиновник (1), эсесовцы (1).
 
Злой (как)
Баба (2), ведьма (3), волк (15), демон (1), женщины (2), зверь (1), злодей (1), змея (2), крокодил (3), лев (3), люди (2), мачеха (1), мегера (1), пантера (3), пес (1), рысь (1), собака (34), теща (1), тигр (8), физичка (1), черт (4).
 
Первое бросающееся в глаза различие: к основанию жестокий подобрано почти в три раза больше эталонов, чем к основанию злой. Одно из объяснений этого явления: к основанию злой приведено несколько высокочастотных эталонов, а среди эталонов к жестокий нет ни одного высокочастотного. Наличие / отсутствие таковых обусловлено прежде всего лингвистическими причинами, а именно – существуют или не существуют в языке устойчивые сравнения с данными основаниями.
 
Далее. Жестокость как таковая соотнесена информантами прежде всего с действиями людей, затем – с трагическими явлениями и событиями и лишь затем – с животными. Заметную группу эталонов к основанию жестокий составили слова, связанные с темой войны (война, враг, гестапо, Гитлер, танки, фашисты, эсэсовцы). А злость, злоба нередко соотносятся с ситуациями бытовыми (баба, дурак, женщина, мачеха, свекровь, сосед).
 
В плане осмысления действительности (не отражения, а именно осмысления) показательно употребление целого ряда слов-эталонов в форме множественного числа: Жестокий, как женщины, камни, когти, люди, танки, ужасы, фашисты, эсэсовцы; Злой, как женщины, люди. Еще повод для размышлений. Не только лингвистам, но и психологам.
 
Интересен в плане «проникновения» в человеческое сознание и тот факт, что к основанию злой не приведено ни одного неодушевленного существительного, а к основанию жестокий, напротив, таких эталонов немало: война, деньги, дождь, зима, камни, когти, налог, погода, смерть, судьба, танки, удар, ужасы, холод. И ведь действительно – все эти реалии объективно (может быть, можно даже сказать субстанционально) жестоки, но, конечно же, не держат злобы ни на кого…
 
В составе слов-эталонов к любопытный любопытно, пожалуй, следующее.
Эталон Варвара отмечен 45 (!) раз, все остальные эталоны 1—4 раза. Любопытны, по мнению наших информантов, некоторые конкретные люди (Женя, Маша, Настя, Никита), иногда дети, бабы, соседи, бабушки, подруги (картинка с натуры!). Любопытны люди как таковые.
Очень много любопытных среди животных, это и ворона, и горилла, и корова, и кошка, и мартышки. Лешие тоже любопытны. А один из поэтичных наблюдателей заметил, что любопытны … звезды. Судя по «носителям» этого качества, любопытство совсем не порок.
 
Смелых оказалось почти столько же, сколько и жестоких. Но на самом-то деле смелых значительно больше, поскольку среди эталонов к смелый оказалось два высокочастотных: лев (16) и заяц (10). Кроме конкретных личностей, вроде Рембо и Шварценеггера, эталонами смелости названы воины, герой, горец, космонавт, менеджер, партизан, пионеры, разведчики, рыцарь, солдат, спасатель и даже просто человек. Среди животных и птиц тоже много смелых, правда, некоторые из них были названы и как эталоны жестокости и злобы (волк, крыса, рысь, собака, буйвол, орел, ягуар и др.). Если не считать робота, ни один неодушевленный предмет не мыслится смелым.
 
Именно к этому основанию приведено немало антиэталонов: дурак, кошка, корова, таракан, медведь, воробей (если они, конечно, не навеяны какими-нибудь мультфильмами). А может быть, они «спровоцированы» устойчивым сравнением Храбрый, как заяц?..
 
Среди эталонов к основанию толстый только один обращает на себя внимание: (как) пачка купюр.
 
Среди эталонов к основанию умный только пять имеют частотность 5–7: я (7), сова (6), Ленин (90-е годы!), мама, утка – по 5. В числе имен собственных – Архимед, Горбачев, Ленин, Менделеев, Пифагор и Сократ. Кроме того, сообщество людей представляют агроном, академик, люди (человек), бабушка, королева, мама, профессор, ученый, учитель (учительница), я. Попали в список эталонов и многие животные (и птицы): волки, гиппопотам, дельфин, змея, коровы, кошка (кот), лисы, медведь, обезьяна, собака, сова. И даже пчелка (не пчела, а именно пчелка). Среди антиэталонов – курица, козел и осел. Об умном, как утка не говорим. Показательны эталоны из мира неодушевленных предметов: книга, компьютер, ЭВМ. Среди оригинальных эталонов – Бог (3 упоминания) и Дед Мороз.
 
Рассмотрение всех материалов, полученных в ходе опроса, привело нас к весьма разнородным и разноплановым размышлениям и суждениям.
 
Сам ход мыслительной операции по подбору эталона к заданному основанию сравнения представляется нам таким: если в языке существует устойчивое сравнение (Голодный, как волк, Высокий, как столб, Злой, как собака, Толстый, как бочка, Умный, как утка, Храбрый, как заяц и т.п.), то приводится именно его компонент. При отсутствии в языке подобных сравнений или нежелании воспользоваться их эталонами информант мысленно сопоставляет ряд реалий, обладающих заданным качеством /признаком (добротой, смелостью, жестокостью и т.д.), и выбирает какую-либо из этих реалий в качестве эталона создаваемого сравнения.
 
Если основанием сравнения является признак физический (высота, толщина и т.п.), то обладатель этого признака обычно отыскивается в мире животных и растений, затем – в мире людей и лишь затем среди неодушевленных предметов. Если основание сравнения – какое-либо моральное качество (доброта, смелость и др.), то выбор эталона осуществляется прежде всего из мира людей, затем – мира животных и лишь иногда – из круга неодушевленных предметов.
 
Мир мифических и сказочных существ тоже нередко служил источником выбора эталонов – ведь в этом мире качества предельно четко поляризованы: либо добрая волшебница, фея, либо злые / жестокие черт, колдун, ведьма, Баба-Яга и т.п. Весьма часто эталонами избирались персонажи книг, мультфильмов и просто фильмов, а также актеры (!), исполняющие определенные роли. Из круга неодушевленных предметов обычно избирались явления природы, объекты Космоса, социально важные явления.
 
Почти все, кто когда-либо занимался исследованием сравнительных конструкций, отмечают, что по сравнениям в речи человека можно судить о его эрудированности, оригинальности, нестандартности мышления, о начитанности, языковом чутье и многом другом.
 
Наши материалы свидетельствуют о том, что различные моральные («человеческие») качества могут соотноситься в сознании носителей языка не только с животными, но и с целым рядом неодушевленных предметов, которые по самой своей сущности и природе не могут обладать этими качествами. Но человек одушевляет неживой мир, смотрит на предметы как на живые существа и тем самым творчески создает особую картину мира.
 
В контексте всего сказанного представляется очень удачным следующее определение сравнения: «Сравнение – познавательная операция, лежащая в основе суждений о сходстве или различии объектов; с помощью сравнения выявляются количественные и качественные характеристики предметов, классифицируется, упорядочивается и оценивается содержание бытия и познания. Сравнить – это сопоставить “одно” с “другим” с целью выявить их возможные отношения; посредством сравнения мир постигается как «”связное разнообразие”»3.
 
 
 
_______
1.  А.А.Потебня. Мысль и язык. // Эстетика и поэтика. М., 1976. С. 138 и 178.
2. См., например: Е.Ф.Тарасов, Ю.А.Сорокин. Национально-культурная специфика речевого и неречевого поведения. // Национально-культурная специфика речевого поведения. М., 1977. С. 23.
3. Философский энциклопедический словарь. М., 1983. С. 650.
 
Наша страница в FB:
https://www.facebook.com/philologpspu

К 200-летию
И. С. Тургенева


Архив «Филолога»:
Выпуск № 27 (2014)
Выпуск № 26 (2014)
Выпуск № 25 (2013)
Выпуск № 24 (2013)
Выпуск № 23 (2013)
Выпуск № 22 (2013)
Выпуск № 21 (2012)
Выпуск № 20 (2012)
Выпуск № 19 (2012)
Выпуск № 18 (2012)
Выпуск № 17 (2011)
Выпуск № 16 (2011)
Выпуск № 15 (2011)
Выпуск № 14 (2011)
Выпуск № 13 (2010)
Выпуск № 12 (2010)
Выпуск № 11 (2010)
Выпуск № 10 (2010)
Выпуск № 9 (2009)
Выпуск № 8 (2009)
Выпуск № 7 (2004)
Выпуск № 6 (2004)
Выпуск № 5 (2003)
Выпуск № 4 (2003)
Выпуск № 3 (2002)
Выпуск № 2 (2002)
Выпуск № 1 (2001)