Главная > Выпуск № 24 > Азбука пермских улиц. Часть пятая

 Светлана Шляхова
 
Азбука пермских улиц*
Часть V
 
Постсоветская азбука улиц
 
В 90-х идеологические буквы как-то незаметно для всех исчезли из города… Наступает торжество коммерческих и стихийных букв: процветают ларёчная азбука и граффити…
 
 
 
Самыми «импортными» в то время выглядели граффити-буквы в bubble style, который здравствует и поныне… Bubble style на ул. Н. Островского. 2013 год:
 
 
 
Со временем ларьки с их неопрятными буквами вытеснили ТРЦ, ТЦ и ТРК. Тоже красиво… Сегодня коммерческие буквы в городе растут как на дрожжах: толстые, крепкие, огромные… Это уже не лабиринт букв, это уже транслюкация (на языке планеты Кин-Дза-Дза, стирание или уничтожение)… Город не просто тонет в коммерческих буквах, город исчез… Как будто кто-то нажал кнопку Delete… Зданий нет, только азбука бизнеса…
 
В древности дом рассматривался как живой организм: крыша – голова, окна – глаза, очаг – сердце дома... Наши здания ослепли… Как же там люди, без вида из окна на родной город? Наши пращуры считали, что окно связывает человека с Богом и миром предков. Через окна не разрешалось плевать, выливать помои и выбрасывать мусор, потому что под окнами стоит Ангел Господень. Где же сегодня живут наши ангелы?
Октябрьская площадь. Июль 2013 года:
 
 
 
Не знаю, как вас, но меня эта азбука ВМW пугает. Бедный-бедный архитектор Леонид Гордеевич Иванов, по-моему, явный поклонник английского брутализма… Мог ли он знать, что его архитектура, обладающая ярко выраженными признаками маскулинности, запутается в тряпках коммерческих букв… Даже советская азбука (вполне себе брутальная, подстать архитектуре) была куда как скромнее, да и оккупировала фасад здания только по праздникам:
 
 
7 ноября 1987 года. Фото: http://www.archive.perm.ru/img/2_2610.jpg.
 
Сегодня время от времени коммерческие буквы-монстры сменяются идеологическими, но ненадолго…
 
 
  
Размеры граффити-букв тоже увеличиваются… Граффити на ул. Сибирской. 2013 год:
 
 
 
Вот так историческая спираль жизни букв на улицах Перми вышла на новый – коммерческий – виток. Разница лишь в том, что коммерция в дореволюционном городе жила в личном имени – Любимов, Пиотровский, Мешков, братья Каменские и Агафуровы… Город процветал их стараниями. Здания, которые построили они, сегодня хоть чуть-чуть примиряют с городским ландшафтом, отвлекая от беспорядочности и монструозности современной архитектуры… Да и те мы разодели в рекламное тряпьё.
Домик на Сибирской, 31б. Октябрь 2012 года:
 
 
 
Современные коммерческие буквы – буквы безличные, универсальные, живущие в каждом городе России, а потому – ничьи, чужие, не наши. Буквы-варяги, буквы-пришельцы, буквы-варвары, которые пришли к нам, чтобы разрушать, уничтожать, транслюкировать нашу «пермскость», пусть простоватую и незамысловатую, но нашу…
 
Впрочем, не все так однозначно.
Эргонимы современной Перми столь креативны и парадоксальны, что требуют специального исследования: магазин Халявка, парикмахерские Самсон и Далила и Стригли-Мигли, магазин сантехники Лувр, рюмочная рЮанимация, магазин пиротехники Пироман, управляющая компания Трезвый сантехник, кафе и рестораны Матусина хата, Котлеткин дом, Люди как люди, Сытый кот, АбырвалГ, Соленый & Зефир...
 
Новые «азбучные» тренды – это какая-то интертекстуальная «каша» без границ: Ветхий завет (Самсон и Далила), Франция (Лувр), Булгаков (АбырвалГ), украинска мова (Матусина хата)… Кто во что горазд.
 
Однако культурная революция внесла в этот хаос поляризующее начало, разделив пермяков на тех, кто принял революционную азбуку, и на тех, кто ее категорически отверг.
 
Азбука раздора
 
Вторая пермская «культурная революция» принесла новую азбуку – азбуку стрит-арта, паблик-арта, примитива, бездарности, бездуховности, поисков нового, актуального искусства (нужное подчеркнуть)…
 
И, честное слово, буквы эти милы моему сердцу… Чем, например, эти художественные буквы хуже,
 
 
 
… чем эти идеологические:
 
 
 
 
 
По-моему, с красненькими веселей….
 
А эти буквы вообще надо как мантры каждое утро по восемьдесят восемь раз раз повторять, чтобы влияние разума на материю происходило…
 
 
 
 
 
Самой великой «азбукой раздора» в нашем городе является пресловутая красная буква П – логотип и новый символ Перми:
 
 
  
Автор А.Лебедев.
 
Пермяки называют ее пуква, табуретка, г...внобуква, пермец, ПЦ, икеешный столик, г...внологотип. Реакции пермяков неоднозначны. Выдержки из блогов и «комменты» (здесь и далее орфография и пунктуация авторов): «Теперь выражение: “Да пошел ты в П...” приобрело куда более реальное, неабстрактное направление»; «Буква П – это П....ц горожанам Перми! Скрытая угроза!»
 
Однако красная П, которую только мертвый не ругал, породила множество идей, концептуальных и не очень. Теперь Пермь (единственный город в России) имеет свой шрифт – Пермиан:
 
 
 
Автор И.Рудерман.
 
 
Та же буква П – арт-объект Пермские ворота.
Напоминают триумфальную арку, части которой направлены на четыре стороны света.
 
 
 
Художник Н. Полисский.
 
Эта П повторяет Лихоборские ворота (Москва, метро Владыкино) того же Н.Полисского . Эти, впрочем, хлипкие какие-то…
 
 
 
 
Искусствоведы называют Лихоборские ворота русской репликой парижской Арк-Сиком архитектора П.Андре в Дефансе. Вероятно, Пермские ворота – пермская реплика Лихоборских.
 
 
  
 
Возможно, что кто-то и видит французскую Большую арку в Пермских воротах, однако пермяки видят в них нечто другое: Поленница, Домик бобра, Бобровая хатка, Памятник плотогонам, Муравейник, Мохнатая П, Табуретка, П-буретка, Лесопилка – народные названия арт-объекта. Вероятно, пермяки в парижах не часто бывают…
 
Какая буря эмоций по поводу одной-единственной буквы… Записи в блогах:
 
«А вот бревенчатая П – бешеный бюджетный унитаз. Там только леса мультов на 5. А учитывая распилы и откаты – даже думать не хочется. Там, говорят, ещё музыка играет – не знаю, ни разу не возникло желание туда сходить. Интересно, как скоро спалят к х..м?»;
 
«А как Вам деревянная табуретка у вокзала???!! Символ края тюрем и лесоповалов!!!!!!!!!!!! Здесь власть точно попала в цель!!!!!!! Не театр не культура не что-то иное, а именно тюрьмы и лесоповалы!!!!! Даже опера у нас в тюрьме ставится!!!!!!!!!!»
 
На январском арт-салоне 2012 г. в Перми выставляется картина М.Титова «Сука-Любовь» (отсылка к фильму А.Гонсалеса Иньярриту или песне С.Крутикова?), где красная П наряду с поцелуем (отсылка к «Поцелую Хонеккера и Брежнева» Д.Врубеля) является символом духовного единения Мильграма и Гельмана. Во время выставки к картине была приклеена 10-рублевая купюра с надписью «Какая культура – такая купюра». В народе картину немедленно окрестили «Миля и Геля».
 
 
 
Протест против буквы П выражается даже в митингах.
Организаторы митинга (30.06.2011) – пермские отделения Союза художников, Союза писателей России и краевой профсоюз работников культуры.
Основные слоганы: «С нами пермские боги!» и «Пермь – не свалка для псевдокультуры!»
Плакаты Союза художников против логотипа П на митинге: «П – это Платье голого короля», «П – это Позор», «П – это Профанация», «П – это порнография», «П – это перекачка финансов», «Пермь – это пустой пиар», «П – это плевок в душу». «Самодельные» плакаты: «Мы – не П! Мы – Пермь!», «Пермь не может быть культурной столицей Европы без пермяков!», «Кто нами правит? Красные человечки?», «Мы против, чтобы пермская культура была падчерицей в собственном доме», «Артистам пермской оперы стоя аплодировал Carnegie Hall», «Я пермяк Я самый талантливый умный и высокодуховный», «От вашей «культуры» слоны дохнут» (в это время в зоопарке от инфаркта умер любимец пермяков 46-летний слон Джонни).
  
 
 
 
Журнал «Соль» (официальный «рупор» Пермского культурного проекта) немедленно отреагировал материалом с изысканным названием «Абортники культуры».
 
Реакция на митинг в блогах:
 
«Во всей этой затее с "культурным" митингом была только одна фишка, но зато какая! Лозунг – "С нами пермские боги!" Круче я и не помню, чтобы в Перми что придумали. С этим лозунгом – хоть куда! Хоть ломать, хоть строить. Бороться с врагами и звать в светлое будущее. Молиться и воевать. Тут тебе и сакральность и эпичность и местная специфика. И абсолютно точная привязка к пермской творческой интеллигенции. Ни губернатор, ни приезжий министр культуры, ни тем более Мильграм с Гельманом не могут претендовать на близость к пермским богам. А если попытаются, тем более – "Руки прочь от наших богов! Покушаются на святое!" Даже РПЦ в сторонке нервно курит ладан. Смерть слона Джонни затмила многое. "От вашей "культуры" слоны дохнут!" – неплохо, но несравнимо слабее. Короче, какой классный лозунг промохали! Хоть самому вставай, поднимай его и – вперед! С нами пермские боги!»;
 
«митингующие - просто несчастные неудачники. буква П конечно – это смешно, но в целом то, что происходит в Перми в последние пару-тройку лет – когда приезжают прекрасные музыкальные, театральные коллективы и из России, и из Европы, когда город стал более радостным благодаря стрит-арту, когда что ни день, то что-то новое и порой на очень высоком уровне...........– это просто радоваться надо. А дети ваши и так, в большинстве так и останутся реальными пацанами ))))))))) – ведь им НЕ интересно смотреть как развивается мир и развиваться самим. Митинг этот – сборище грустных чудаков. Пускай себе митингуют».
 
Одной из причин негативного отношения к культурным проектам можно считать противоречивость месседжа, посылаемого властями горожанам. С одной стороны, пермякам предлагается понимать современное (актуальное) искусство, что не всегда под силу и более образованным соотечественникам. С другой стороны, власть воспринимает горожан как массу, не освоившую не только «низовой» уровень художественной культуры, но и элементарные нормы поведения.
 
В рамках культурной революции в городе была размещена серия плакатов «Пермь меняется. Меняйся и ты. Мы – культурная столица»
 
    
   
 
  
Записи в блогах:
 
«По ощущениям, в Перми живет много пьющих женщин, людей, засоряющих улицы, мужчин, которые мочатся только на тротуар, и вандалов. И их всех нужно срочно менять»;
 
«судя по щитам, мальчикам можно бухать, а девочкам всё остальное - т е мусорить, ссать и совершать акты вандализма. недоработка однако)»;
 
«Пермь меняется – меняйся и ты! Не ешь бутылки!»
 
Ей, богу, даже постреволюционная социальная реклама В.Маяковского была более деликатна по отношению к гражданам. Впрочем, они за сто лет так и не научились бросать мусор в урну…
 
 
    
 
 
Основные претензии пермяков к Второй пермской культурной революции – 1) экспансия москвичей, 2) которые «пилят» бюджетные деньги 3) за сомнительные художественные объекты, 4) оставляя без системного финансирования местную культуру, – артикулируются пермской творческой элитой.
 
Писатель Алексей Иванов:
 
«Мне жалко, что Пермский край в очередной раз теряет возможность избавить свою культуру от дистрофии. Чужими щами сыт не будешь. Мы можем прокормить хоть 20 Гельманов, но с Гельманами и без Чердыни, Усолья, звериного стиля и “Капризки” мы будем никем. Я не хочу быть никем и не хочу быть с теми, кто считает, что я и так никто»1.
 
Поэт Игорь Тюленев («Речной вокзал»):
 
Только вдруг налетели карманы-гельманы,
Стали мозги чинушам пороть и кроить.
Пермяки позабыли о «Парме» романы,
Ведь с Речного вокзала теперь не уплыть <…>
 
Пермяки – «человекообразная масса»
Для хапуг и дебилов, нагрянувших к нам.
Что их объединяет? Лишь деньги да касса
Ну а вместо искусства нам – мусор и хлам! <…>
 
Как для виселиц врыли столбы у вокзала,
Чтобы классику вешать на этих столбах?
Стали люди плешивого слушать бахвала,
У которого – сперма блестит на губах2.
 
Даже разделяя эти оценки, пермяки невольно задаются вопросом: а сколько надо для поддержки именно такого, тюленевского, «искусства»?
 
Запись в «комментах»: «Приплыли: я поэт, зовусь я цветик. нашёл время для критики, может быть теперь найдёт время для получения образования? Поэту Игорю Тюленеву не понравился внешний вид нашего министра культуры... "Хоть бы пиджачок нормальный одел." "надел", уважаемый поэт. "надел", а не "одел". стихи поэт так же грамотно пишет? )))».
 
Кстати, пермские поэты нередко отличаются стилистикой типа «ну так-то да, я – реальный пацанчик», поддерживая славу Перми как «быдляцкого» города, в котором все говорят на «неповторимом живом диалекте российской глубинки».
 
Запись в ЖЖ поэта И.Козлова: «Зае..шил на пермском культурном митинге мощнейший постмодернистский лук. Митингом чудовищно доволен, завтра утром подробно напишу. Завтра ещё колонку прочти, выложу тоже. Для понимания - я думал, за последние три года культурной движухи много пиз..ца насмотрелся, но сегодня было что-то такое, что любой перфоманс за пояс заткнет».
 
Стилистически близки подобной критике высказывания некоторых защитников актуального искусства: «Не видят эстетическую ценность люди, привыкшие жить в го.не и не знающие, что может считаться крутым, скажем, на западе. Пи..ец. Вышли с митингом... Ну ржака же! Пол-страны разворовывается у них на глазах, а они против П митинг собрали... Смех на палке в стеклянной банке. Музей современного искусства — ху..я, Белые ночи — пое..нь, но П и все что связанно с “фирменным стилем Перми” не трогайте, бл.ть!».
 
«Не хотелось бы никого обижать», но я – за П. Мы, как это водится, не любим того, что не укладывается в наши (!) представления о правильном, красивом, нужном… Парижане свою Эйфелеву башню до сих пор скелетом называют… Почему москвичей не смущает их муква М, например, в библиографическом списке (М., 2002)? Пусть и у нас так будет: если П, то Пермь, а не Пенза или Петрозаводск… Единственное, что меня слегка озадачивает, так это странные ассоциации с буквой П в детских стишках про азбуку.
 
Говорил недавно кто-то:
П похожа на ворота,
Возражать мне было лень,
Я-то знал, что П как пень (Б. Заходер).
 
Палка, палка, сверху крыша –
Буква П на строчку вышла (Т. Бокова).
 
Пузо папочки пингвина –
Как пуховая перина.
Пингвинёнку повезло –
Жить при папочке тепло! (В. Павлова. «Неужели та самая?»).
 
ПЭ – Смотри-ка, ПОМЕЛО.
Пол в избушке подмело (М. Лукашкина).
 
Плотный папа прочно встал,
Пирамиду основал.
На плечах стоят без паники
Сыновья, потом – племянники (В. Берестов).
 
Весьма непривлекательная П получается: ворота, пень, палка, помело, плотный папа, пирамида… Ничего не напоминает? Мне кажется, это чем-то похоже на «Пермские ворота» Н.Полисского… Выступаю адвокатом буквы П.
 
В старославянской азбуке буква П носит название покои, в церковнославянской – покой, что означает «мир, основа (мироздания), покой, спокойствие, отдых», а также «кончина». По сути – это начало и конец всего. Мы говорим «покоиться» – «основываться на…», «полноправие всех наций должно покоиться на Законе» (основа мироздания) и «покойся с миром», «упокой, Господи, душу его» (конец земной жизни и начало небесной).
 
В эту букву Константин Философ (это который Кирилл из пары Кирилл и Мефодий) вкладывал особый душевный покой или душевную гармонию. Покои понималась ее создателями как буква высокой духовности, где отдых и спокойствие – божья благодать, нисходящая на человека, чистого помыслами и доброго делами.
 
Хочу понимать нашу красную П именно так: благодать, а не табуретка… А вы уж как хотите… По мне, так наша П – точная, прямая, устойчивая, крепкая, основательная, без двойных стандартов и морали (и впрямь табуретка)…
Ну да, немного угловатая, грубоватая, неказистая, простоватая, где-то даже «комодистая» (точно, табуретка)… И «морда у меня всегда красная, когда я из бани иду»… Ну и пусть мы будем угловаты и простоваты в своей «красномордой», табуреточной, но – благодати… В которой, даст Бог, и упокоимся…
 
Итак, спираль пермской азбуки улиц раскручивалась так:
(1) регионально идентичное личное имя в пермских торговых марках до революции 1917 г.;
(2) безличные коммерческие названия и пролеткультовские эстетически значимые и регионально выраженные, но малохудожественные «буквенные» акции в постреволюционной Перми;
(3) безличные коммерческие названия и зомбирующие политические слоганы общесоветского образца сталинского периода;
(4) общероссийские коммерческие названия и, вместе с тем, народные региональные урбанонимы как пассивный и скрытый протест против общесоветских безличных коммерческих названий и безликих политических слоганов времен «развитого социализма»;
(5) общероссийские и парадоксально-креативные коммерческие названия и, вместе с тем, народные региональные урбанонимы, плакаты, записи в блогах как активный и открытый протест горожан против эстетически значимых, но регионально не идентичных «буквенных» арт-объектов и артефактов современной Перми. «В России нет современности. Поэтому ее никто не понимает. Может, и не надо?» (З.Прилепин).
 
Вероятно, комфортность бытия и быта пермяков напрямую связана с родной, местной, пермской стилистикой окружающих их надписей. А может, и не связана… Однако надписи на улицах современной Перми указывают на «свободу азбуки», как бы ни понимать эту свободу и эту азбуку…
 
 
__________
*Исследование выполнено при финансовой поддержке гранта «Региональная идентичность Пермского края в языках, текстах, образовательных практиках: исследование традиций и динамики (1990-е – 2000-е годы)» (проект № 005-П) в рамках реализации Программы стратегического развития ФГБОУ ВПО «Пермский государственный гуманитарно-педагогический университет».
1. Иванов А. «Не хочу быть никем…» // Новый компаньон. 21.07.2009.
2. Тюленев И. Речной вокзал. URL: http://www.nevod.ru/local/zvezda/page.php/zvezda/2009-07-31/3
Наша страница в FB:
https://www.facebook.com/philologpspu

К 200-летию
И. С. Тургенева


Архив «Филолога»:
Выпуск № 27 (2014)
Выпуск № 26 (2014)
Выпуск № 25 (2013)
Выпуск № 24 (2013)
Выпуск № 23 (2013)
Выпуск № 22 (2013)
Выпуск № 21 (2012)
Выпуск № 20 (2012)
Выпуск № 19 (2012)
Выпуск № 18 (2012)
Выпуск № 17 (2011)
Выпуск № 16 (2011)
Выпуск № 15 (2011)
Выпуск № 14 (2011)
Выпуск № 13 (2010)
Выпуск № 12 (2010)
Выпуск № 11 (2010)
Выпуск № 10 (2010)
Выпуск № 9 (2009)
Выпуск № 8 (2009)
Выпуск № 7 (2004)
Выпуск № 6 (2004)
Выпуск № 5 (2003)
Выпуск № 4 (2003)
Выпуск № 3 (2002)
Выпуск № 2 (2002)
Выпуск № 1 (2001)