Главная > Выпуск № 27 > О чем "древнерусская тоска"? Интеллигент как промежуточное состояние

 Владимир Киршин

О чем «древнерусская тоска»?

 Интеллигент как промежуточное состояние

Vladimir Kirshin
 
What is «Old Russian sadness» about?
Intellectual as a transitional state.
 
The article contains the summary of the report by Vladimir Kirshin which was given at the video meeting Perm Public TV Live. The author continues the topic started in the publication «Evolution of an intellectual».
 

После публикации моего материала «Эволюция интеллигента» («Филолог», №27) меня попросили развить эту тему на видеовстрече (Perm Pablic TV Live). Ниже – изложение моего сообщения. Без публицистических претензий, просто размышления вслух.

Дела-то наши плохи. Имеем чудовищную неразбериху в терминах, не говоря уже о решениях проблем.

Готовясь к встрече, я, что называется, пообщался с народом: кто что думает об интеллигентах и интеллигентности? Народ называет такие приметы:

«образованный»;

«мыслящий самостоятельно»;

«мыслящий творчески»;

«с мозгами»;

«воспитанный».

Народные пастыри упорно путают интеллигентов с диссидентами. Одна дама-«шестидесятница» ошарашила безапелляционным тоном: «А разве может быть интеллигент вне политики?!». Возражать ей не стал. Моя цель – не победить в дискуссии, а сориентироваться и продолжить движение.

Вот результаты моей короткой ориентировки – с прискорбием констатирую: извините, всё это чушь. Потому что все вышеперечисленные приметы подходят для описания современного вора-казнокрада: образованный, мыслящий самостоятельно, даже творчески, ну, то есть, парень с мозгами, хорошими манерами и даже с идеалами, но – вор.

Да что там говорить, это же портрет каннибала Лектора из фильма «Молчание ягнят»!

Политическое инакомыслие – тоже не тянет на атрибут интеллигента. По иронии судьбы, муж той высокомерной дамы-«шестидесятницы» – типичный интеллигент вне политики. «Мы не боролись с советской властью, – его слова, – это она сама к нам приставала».

И правда, мы жили своей жизнью, в подполье. Художник, который вступал в полемику с господствующей идеологией, чаще всего проигрывал как художник. Полемика засасывала, лишала полета… Он бесился. Шарахался от теней. Накладывал на себя руки. Эхо трагедии русской интеллигенции: «Не падайте духом, поручик Голицын…», – Россию, кстати, поручики потеряли, когда лично стали бить солдат по зубам: потеряли лицо, утратили присутствие духа перед пришествием Хама. А ведь знали, что Хам приходит изнутри наших душ. Но ничего уже не могли с собою поделать, литература подтверждает: обмельчали души задолго до Первой мировой.

Не все, конечно! Вот пример из эпохи Второй мировой: врач, который одинаково усердно лечит и партизана, и эсэсовца. И не надо его спрашивать: почему? Пошлет на три буквы и займется делом – простым будничным служением, намного более высоким, чем идеологическая хрень.

И вот здесь мы находим искомое определение. Интеллигент – это служение высокой идее, и больше ничего. Именно: служение. Именно: высокой. И больше ничего, так как, если он не фальшивый, а настоящий интеллигент, то для него ничего больше не существует, кроме его высокой идеи. В том числе, и он сам не существует: он предан идее всецело и молча, без пафосных деклараций. И вся его деятельность состоит в наполнении идеи конкретным смыслом, в воплощении ее в жизнь. Для этого он самосовершенствуется – получает необходимое образование, школит себя, оттачивает чувства и мысли. Для победы своей высокой идеи он принужден мыслить критически, самостоятельно, творчески. И тогда он, сам не желая того, обретает узнаваемые черты характера, внешности, поведения. Именно в таком порядке, если он – настоящий.

Если крашеный, то да, тут все наоборот – вперед вылезают внешние приметы, а низкий мотив прячется. Крашеные интеллигенты, интересная тема для исследования, но мы сейчас не о них.

Мы о настоящих, они гораздо интереснее! Среди них большинство – добросовестно заблуждающиеся люди. Ведь проблема интеллигента не в том, что он в своей стране не у дел, это – так, предлагаемые обстоятельства: вчера был востребован, сегодня – нет, завтра опять понадобится. Проблема в относительности высоких идей. И, соответственно, в блужданиях их адептов.

Ведь что такое высокая идея?

На видеовстрече один из участников не сдержался: «А имперские амбиции? Разве настоящий интеллигент может поддерживать "высокие" имперские амбиции?!»

Отвечу: номинально может. Кто из нас не обманывался, принимая низкое за высокое? Оглянемся и убедимся, что вся история интеллигенции – это история добросовестных заблуждений. Самоотверженность интеллигента прекрасна, разочарования – горьки. Горечь – его удел. Но что значит – «номинально»?

Да то, что он обязан перерасти свой номинал после первого, ну ладно, второго разочарования. И прийти к общечеловеческим ценностям, и пойти дальше, выше, не задерживаясь – к абсолютным ценностям, простившись с детской болезнью интеллигентности навсегда.

Для меня интеллигент – промежуточная ступень в развитии личности. Короткое, болезненное недоразумение, прекрасное на старте и ужасное на финише, в котором люди по ряду причин умудряются зациклиться на всю жизнь.

Что это за причины, попробуем разобраться ниже.

 

Благородство как народная мечта

 Плохо жить в абсурде. Поэтому я объясняю себе происходящее, как умею.

Причину всех катаклизмов нахожу в душе народа, русского – уж точно. Для нас, русских, душевное состояние – это прямой внутренний мотив. К счастью, он скрыт, не осознан, поэтому он часто выпадает из поля зрения политиков, плохо поддается учету и регулированию. Русские – точнее, славяне: мало-, бело-, великороссы – постоянно ставят умников всех мастей в тупик. Но больше сами страдают. Может быть, осознание причины облегчит нашу участь?

Думаю, причина: тоска по благородству.

Она стара, неизбывна и тяжела. Как будто давным-давно, в начале времен, показали нашему народу даль светлую и бросили – и добраться туда никак, и забыть невозможно. Как жить? Иногда отпускает. Потом обостряется в какой-нибудь дикой форме.

Изначально «благородство» понимали буквально – сытая жизнь по праву рождения, от Бога. Она – господам, а ты, холоп, распластайся и не ропщи.

Потом – сытая жизнь заслуженная, от Царя. Это «золотой век»: власть священна, а общественный договор опирается на слово «честь». Были, конечно, и тогда надувательства, но общество осуждало, и банкрот сам себе пускал пулю в лоб.

Вскоре «заслуженных» господ стало много, господа измельчали, и кончился «золотой век» – мелочному барину служить тошно, поэтому холопы взяли моду перечить. Пустились копировать господ, изображать из себя «благородных». К этому времени появились в огромном количестве фабричные рабочие – те вообще «без царя в голове».

И фабричные, вот молодцы, задались целью создать нового, совершенного, человека. Такого – умного муравья, с благородной душой («землю попашет, попишет стихи»). Бога упразднили, а душу оставили (соцреализм допускал это слово). Понимаете, что произошло? Душу оторвали от Творца и вручную занялись формированием ее благородства. Расписали внешние, социальные параметры: кто достоин называться Строителем Коммунизма, кто нет. Расписали и внутренние черты благородной личности. И всё у них было – ресурсы, философская база, но… Не получился совершенный, благородный человек. Напротив, извели лучших. 

Почему не получился – об этом написано много. Мое мнение: саботаж населения (сам был в числе саботажников). Помнится, к концу 1970-х советский человек раздвоился: в идею уже не верил, но все еще делал вид строителя. А тоска по благородству нарастала! Потому что стыдно было все это: изображать.

И поэтому рухнула вся идеология к чертям собачьим, и следом развалился СССР. Исключительно по причине стыда.

После пропагандисты в понятных им терминах объяснили кризис, как обычно наплевав на внутренний мотив недорастленного народа – тоску по благородству.

Экономисты – те, кроме своих диаграмм, ничего не видели. Для них мы – «людские ресурсы», статистические единицы. Они хотели стране добра, но своей бесчеловечной шоковой терапией в считанные недели превратили население в зверей. Звери пожрали несогласных.

Выжили хитрецы, лицедеи. Умеющие казаться, но не умеющие быть. И при этом внутренне неудовлетворенные, тоскующие, алчущие благородства, и не только внешнего, а вот какого-то такого… специального. Внутреннее измерение в их мышлении отсутствует, поэтому они не в силах объяснить, что это такое, благородство, что с ним делать: каким бантом повязать и на каком месте носить. Но – почему-то! – без него им кусок в рот не лезет, никакое бабло не в радость.

Первое, что хитрецы сделали, похерив идею коммунизма, – объявили себя «господами». Стали платить любые деньги за «эксклюзив», кинулись заглатывать любой товарец, если на нем есть этикетка «элитный», и – ура, полез кусок в горло! И бабло стало в радость!

Но ненадолго. Не прошло и двадцати лет, как выяснилось, что «господин» не тот, который все может себе позволить, и не тот, кто повелевает и карает, а тот, который свободен: от страха, например, что отберут украденное и еще наваляют за то, что украл. Кто отберет? Вроде некому. Но все равно страшно. Так сами собой выросли трехметровые стены вокруг особняков, телохранители, сложная система воровской круговой поруки – над каждой сонной артерией дежурит десяток заточек…

Отсюда так называемая немотивированная агрессия. Бредовые идеи «господства», имперские амбиции, ксенофобия, паранойя: «Вперед, Россия, назад в СССР!» – очередное обострение все той же «древнерусской тоски».

Вот написал, и чувствую облегчение: определил-таки для себя внутреннюю связь с другими, непохожими на меня людьми. Тяжелая, недужная связь, но без нее мы враги. Без нее – война.

 
Наша страница в FB:
https://www.facebook.com/philologpspu

К 200-летию
И. С. Тургенева


Архив «Филолога»:
Выпуск № 27 (2014)
Выпуск № 26 (2014)
Выпуск № 25 (2013)
Выпуск № 24 (2013)
Выпуск № 23 (2013)
Выпуск № 22 (2013)
Выпуск № 21 (2012)
Выпуск № 20 (2012)
Выпуск № 19 (2012)
Выпуск № 18 (2012)
Выпуск № 17 (2011)
Выпуск № 16 (2011)
Выпуск № 15 (2011)
Выпуск № 14 (2011)
Выпуск № 13 (2010)
Выпуск № 12 (2010)
Выпуск № 11 (2010)
Выпуск № 10 (2010)
Выпуск № 9 (2009)
Выпуск № 8 (2009)
Выпуск № 7 (2004)
Выпуск № 6 (2004)
Выпуск № 5 (2003)
Выпуск № 4 (2003)
Выпуск № 3 (2002)
Выпуск № 2 (2002)
Выпуск № 1 (2001)